Вареное яйцо, або проект "Повернуть Амур вспять"

К Путину зашла бригада академиков – с проектом повернуть Амур вспять. Путин как раз завтракал вареным яйцом. "Зачем его поворачивать?" – спрашивает.

"Как зачем? Китайцы начнут тихой сапой проникать в наши исконные земли, а там от Байкала до Ямала – пустыня Гоби. Амур был – да сплыл. Ну что, косозадые, захотели русской землицы? А сухаря пососать?! По колодцам – обезвоженные жабы, по болотам – саксаул, сосульку не из чего слепить. Жесть!"

Путину повязывают салфетку. "С сосулькой понятно. А что с Амуром-то?"

"С Амуром ничего, плывет себе вспять и орошает – что встретит, то и оросит. За нами вековой опыт поворота рек в Каракумы. И не с такими, как Амур, справлялись".

Путин стучит ложечкой по яйцу. "А конкретно, куда поворачивать будем? Опять в Каракумы?"

"Через Урал на Запад! Пусть встретится Амур-батюшка с Волгой-матушкой, может, чего выйдет. Но встреча будет короткой, мы поведем его дальше – через Валдай и старинный русский город Авдеевы Говнищи до Пскова. Чтобы, значит, держать Европу на водяном крючке. Или наоборот: амурский паводок – общеевропейская проблема. Что выгодней – еще не считали. Нам все выгодно, что им кирдык".

Путин отведывает первую ложечку, еще с белком. "До Пскова? Это где новгородская вольница, что ли?"

"Ой, верно, за вольницу ответят по полной! Перед самым носом мы его – раз – и крутым виражом разворачиваем налево. Шли на Варшаву, а вышли к Херсону, прямо к хлеборобам Крымщины. Это у вас, спрашиваем, канал в горле пересох? Это вам озверевший Киев воду по цене газа гонит? А принимайте-ка подарочек от Единой России – амурская волна, прозрачная, как слеза ребенка над рыбьим жиром. В смысле, форель, раки и симферопольские хлопчики с удочкой на берегу. Лепота".

Путин добирается до желтка. "Это финиш?"

"Почему финиш? Мы лишь в начале дерзкого проекта. Грядущие потомки посмотрят на карту – и рты раззявят от гордости за предков".

У Путина желток капает на брюки. "Да что с Амуром-то, вашу мать!"

"С Амуром? (Испугано.) С ним ничего. Продолжает мирный бег через Балканы по схеме Южного потока. Надо только трубы слегка раздвинуть до горизонта, а так логистика уже готова, румыны и греки не пикнут – мы им долги простим. Амур, он и на Дунае Амур".

Путин в сердцах швыряет салфетку в прислугу, те в пять рук пытаются оттереть пятно с его штанов. "Да на хрена через Балканы-то? За какими помидорами!"

"А Царьград?"

Путин замирает на замахе, не успев попасть в прислугу остатком яйца:

"Царьград?"

"Ну да, Храм Святой Софии и, это, Святого Володимира. Перекрываем Амуром ворота в Черное море, оно теперь в акватории Станового хребта. И смело шпарим до Гибралтара, дорога открыта".

Путин стоит с яйцом в одной руке и ложечкой в другой. Рот раскрыт, взгляд зафиксирован на потолке, желтое пятно стекает по брюкам. "Верно. Нафиг нам Крым с Босфором, если торговые пути из Генуи и Порто-Франко не захвачены. Срединное море земли! Это вам не песочница в Артеке. За это и санкций не жалко. Вы мне санкции, а я вам удавку по всему периметру. Посмотрим, кто кому руки не подаст. Посмотрим, как сами приползете. А в Крыму сделаем вечную Олимпиаду – как пароксизм торжества Русской идеи".

"Верно, отец родной. Истину глаголешь", – в полголоса ликуют академики, не веря в свою удачу, и крестятся. – "А оттуда и до Америки недалече. Двигаем Амур поперек Гольфстрима, наша водица посильней ихней будет. Градусов на сорок. А если еще и на брусничке!"

Путин неподвижен. Слушает журчание академиков, а сам думает о своем, путинском. В глазах радость, на ушах надежда.

Академики входят в раж: "Доведем до пригорода Бостона, там у министра сельского транспорта и тяжелого здравоохранения как раз дачка стоит, шесть соточек. Его от воды отключили за неуплату, но родина сына не бросит. Заходит он с бодуна в баньку, а из парилки прямо в амурскую прорубь, у-уф".

"Тс-тс", – говорит академикам путинская прислуга. И выпроваживает из тронного зала. – "Не мешайте президенту стратегически мыслить".

"Еще умоетесь у меня", – шепчут губы Путина. – "Еще попроситесь ко мне всей семеркой на регату в Севастополь. Я из вас шестерок-то понаделаю". – На лице блаженство, в глазах добрая тайна, желток капает на ботинки. "Славное море, священный Байкал".

*****

ПС. Вне рамок эссе (по неполитическим причинам) осталась мизансцена:

"Это ваш желток, Владимир Владимирович?"

"Где?"

"У вас на ширинке".

"Это что ли? Нет, яйцо не мое. Но желток мой".
roar22

Читайте также:

Вареное яйцо, або проект "Повернуть Амур вспять"
1/ 2
Oleh