О чём с вами говорить, россияне?

...Московская волонтерка Варя привезла в Киев письма москвичей, главным образом детей. 
Пыталась собрать ответные. А ее не поддержали. 
Не то, чтобы вообще все отказались писать москвичам, но «меньше, чем хотелось бы». 
Судя по всему, единицы. «Бесполезно все. 
Уже все, кто мог, все поняли, а остальных и трогать бесполезно»,- цитирует кого-то из «наших» с Майдана Варя.
Понятно, почему пишут из Москвы. Им это нужно. 
Чтобы почувствовать, что не одиноки. Чтобы было кому прошептать, озираясь: «Я против».
А нам это зачем?
Помним, в марте прошлого года, после того, что Путин сделал с Крымом, каждый нашел своих старых друзей в Москве, России. Каждый звонил, писал, вопрошал: «Что вы делаете?» 
И наткнулся на холодное: «Смиритесь, мы вас спасаем от фашистов».
И нам не забыть этот стыд.
О чем писать теперь москвичам, мнениями о чем обмениваться?
О том, при какой температуре происходит возгорание импортного сыра? 
По шкале Фаренгейта? Бумага, писал американский фантаст Рей Брэдбери, вспыхивает при 451 градусе, и это очень важно знать пожарным, которые поливают керосином из брандспойтов вредные книги. 
Может быть и россиянам собраться в пожарные команды? 
«Правда ли, что когда-то, давно, пожарники тушили пожары, а не разжигали их? - Нет. 
Это было всегда. Только сыр сжигали вместе с сыроварами...»
Мобильные крематории для испепеления «некошерной» еды на просторах России - до такого даже Брэдбери не додумался. И братья Стругацкие на том свете кусают локти.
Импортные презервативы, наверное, тоже будут сжигать. 
Бывший главный санитар России Онищенко пообещал, что это «заставит людей быть более дисциплинированным в половой жизни».

Хотите об этом поговорить, россияне?
Или обсудим, какую надпись высечь на постаменте памятника польскому большевику Феликсу Дзержинскому, который собираются вернуть на Лубянку? 
Может быть, такую: «Швондеру от Шариковых. 
На светлую память о том, как мы их давили, давили».
Наверное, это чисто российский феномен: Швондеры в кожаных куртках очищают жилплощадь, а заселяют ее кошкодавы из «народа». 
Приспособленчество первых и хамство вторых всегда здесь шли рука об руку.
Россия сегодня очень веселая страна. 
Как минимум, в Интернете. Чем глубже она проваливается в имперско-православный маразм, тем громче смех местной интеллигенции. 
Все соревнуются: кто бесстрашнее намекнет на всесильного Подполковника. 
Апокалиптические фотожабы с горящими супермаркетами и свадебными часами Пескова доводят русских до икоты. Но смех истеричен. 
И шутники напоминают смертников, которые анекдотами о палачах коротают ночь перед казнью.
Не хочется им мешать своими письменами. Спросили бы, как поджечь Кремль -помогли бы с советом. Не спросят. Потому что кесарю кесарево, а смерду смердово.
Может быть вы, россияне, хотите, чтобы мы написали вам о Пушкине и Толстом, которых неминуемо похоронит под завалами вашего китайского будущего? 
Чтобы пожалели ваше европейское прошлое? 
Но вы ведь и сами уже с этой потерей почти смирились. Давление на мозги, знаете ли, плавит их, заливая в заготовленные формы. 
Сомнения и колебания приводят, как Галилея, к мягкому интеллигентному признанию возможности того, что земля таки да плоская, а все птицы двуглавы.
Весь сонм российских либеральных публицистов и «друзей Украины» как-то так начал пятиться назад. 
Он все еще, вроде как, против имперской московской политики, но не совсем. 

Такая себе «демплатформа» в партии «Русский мир», «Крымнаш -light». Джордано Бруно ожидать не приходится, ограничимся горящим пармезаном. 
В русской литературе герои не восходят на костер, они уходят в монастырь.
Пусть они нас простят.
Мы устали от их рефлексий. От их страха, от их трусливых теорий «малых дел», от их попыток успокоить собственную совесть, за которые мы почему-то должны быть им благодарны. 
Последние, кто не боялся, были Немцов и Новодворская. Вот и вся Россия.
Кому писать? Тем 85%, что за войну?
Убеждайте их, чтобы они не посылали своих детей в Украину, предлагают наши «московские друзья». 
Убеждать? Это мы, которых намереваются истребить, должны их убеждать? 
А можно ли убедить, если вся переписка сводится к одному: «Зачем вы, украинцы, сбили Боинг, зачем обстреливаете детсадики в Донецке, зачем поддержали кровавый путч против законно избранного Януковича? 
Убедите нас, что вся эта жестокость была вам так необходима».
Это вы все серьезно, россияне?
Страх первых дней прошел. 
И судьбы чужаков, чьи трупы клюют вороны на нашей второй год как непаханой земле, нам безразличны. Нам не жаль их матерей. Потому что нам давно и себя не жаль. 
До Януковича было жаль, а после Майдана, и потом после Крыма - уже нет. 
Нам все-равно, отговорят наши московские френды своих знакомых ехать с оружием в Украину или нет. 
Идиотов с автоматами на шестой части суши предостаточно: одним больше одним меньше - какая разница.
Вся Россия, по-сути, одинакова. Пассионарность ее жителей всегда заключалась только в желании отобрать свободу у других народов и никогда в том, чтобы обрести свободу для себя.
Тратить эмоции на россиян нет причин. Ни единого словечка, ни единой надежды, ни единого чувства. Россия - все.
Эта кочегарка, этот паровоз «вперед летит», и ни им, ни нам не понять, куда. 
Давится углем. Коптит газом. И не Россия это уже вовсе и не Русь. Все, что было русского бежит или мимикрирует, пытаясь остаться незамеченным. Чтобы двуглавый не склюнул.
Есть, конечно, россияне, которых мы без опасения пустим в нашу душу. 
Это те, кто сражается с империей на нашей стороне, в наших добровольческих батальонах. Новая Россия родится из «Сражающейся России», как Франция де Голля родилась из «Сражающейся Франции». 
Этих россиян можно увидеть на снимках - на наших позициях с украинским и российским флагами в руках. 
И мы вдруг вспоминаем, что этот триколор - не собственность путинского режима, и именно с ним защитники Белого дома когда-то в далеком 1991 году поднялись на борьбу с кэгебистско-партократическим рабством в СССР.
Мы обязательно напишем этим россиянам письма. Тем, кто готов отдать в бою свою жизнь. 
И кто воюет даже не за Украину, а элементарно - против варварства и скотства, поглотившего его родину.

Читайте также:

О чём с вами говорить, россияне?
1/ 2
Oleh