Письма из оккупированного Донбасса. Мой личный семидесятый год Победы

Год назад я мог купить косточки своей собаке по 5 гривен. 
Сегодня они также есть, но уже по 30, а когда говоришь, что хочешь ими кормить четвероногого, сильно возмущаются:
- Это для людей! Какие собаки. Гнать их надо вместе с котами!
Решил посочувствовать продавцам:
- Да... мяса в павильоне много, а покупатели похожи на заблудившихся экскурсантов. 
Сочувствую вам, Надя. 
Теперь я тоже не ваш покупатель. У людей просто нет денег.
Такая откровенность спровоцировала крик Нади, давнишней моей знакомой. Такое впечатление, что ее облили холодной водой. 
Мне аж самому стало не по себе. Посочувствовал на свою голову!
- Ходишь тут людей дразнишь! Пошел отсюда!
----------
На улице, возле полного товаров супермаркета «Обжора», увидел вереницу стариков. 
Погода солнечная, а они почему-то сосредоточились под тентом со столами. 
Раньше здесь разливали пиво и готовили шашлыки. Подошел ближе.
Немощные старики и старушки (всем, наверное, за 70 лет) стоя ели суп желтого цвета. 
Другие еще стояли в очереди к полевой кухне, держа в руках пустые баночки и кастрюльки. 
Черпаком им наливали суп и давали два кусочка хлеба. 
После «мясного» возмущения, я стоял растерянный и чувствовал себя среди своих людей. 
Одна старушка мне разъяснила, что раз в неделю их кормят, и надо приходить со своей посудой и ложкой. 
Я только поклонился в знак понимания и сочувствия. 
Здесь находиться тоже не хотелось, но я осознавал, что место для меня - в этой очереди, где никто не возмущается и не хамит.
Вспомнилось детство, когда лучшим деликатесом был кусочек черного хлеба, намазанный смальцем и посыпанный солью. 
Приходит осознание, что нас предали - и не вчера. 
Когда мой отец шел в бой «за Родину, за Сталина», получив свои 100 граммов боевых и заградвойска в спину, его многодетная мать голодная мерзла в своей мазанке с соломенной крышей. 
Сельсовет не мог ей привезти дров, хотя рядом был лес, но рубить даже сушняк запрещалось.
Отец не выдержал и обратился к своему командиру:
- Если я завтра погибну, кто позаботится о моей матери в далеком селе?
Поврежденный боевыми действиями монумент Неизвестному солдату в Никишино, 11 марта 2015 года

Рассказал, что трое сыновей защищают Родину, а в сельсовете не хотят даже разговаривать по поводу дров для одинокой старушки. 
Не знаю как, но этот вопрос через месяц решили, и моя бабушка не замерзла в селе под Киевом зимой 1944 года.
В брежневские времена отцу много вручили юбилейных медалей, были даже подарки, но самой дорогой для него была медаль «За боевые заслуги». 
Уже при Горбачеве его нашел «орден Красной Звезды», - наверное, ему было приятно, но отец не поддерживал мероприятия с праздничными столами для ветеранов и считал это подачкой или «очередной заботой партии и правительства». 
О сегодняшнем отношении теперешних властей, слава Богу, он не узнает.
Сейчас жалею, что так мало расспрашивал своего отца о войне, ведь правда о ней у каждого своя. 
Он не любил о ней говорить. 
Помню, рассказывал, что не очень их приветливо встречали в Польше. 
Когда просили воды напиться, некоторые поляки говорили:
- Нема! Пшисько герман забрал.
И приходилось пить воду из луж после дождя.
- Война - это страшно, много смерти и горя, - говорил отец.
---------
День Победы был для него главным праздником в году, когда он надевал свой тяжелый от наград пиджак и шел на торжественное мероприятие. 
Не помню, чтобы ходил в школы и рассказывал о славных победах Советской армии. 
Больше его после войны возмущало то, что нет справедливости, что коммунисты продолжают командовать, не принося никакой пользы. 
Он называл их дармоедами и говорил в отчаянии, что надо на них ядерную бомбу. 
Наверное, это смешно и глупо.
Видно, мой отец не верил, что что-то может на них повлиять кроме этого.
9 Мая всегда хожу на кладбище к своему отцу. 
В 2015 году не смогу, так как там... мины. Даже этого меня лишили.
После встречи с отцом я шел к своей соседке с гостинцами, с желанием порадовать ее хоть чем-то - она встретила Великую отечественую шестилетним ребенком. 
Мы говорили с ней о жизни, о том, что до сих пор нет справедливости, одна только показуха. 
Нет уже и моей Галины Антоновны...
Низкий поклон всем, кто спас нас, еще пока живущих, от фашизма и дал нам шанс жить в мире, завоеванном десятками миллионов жизней. 
Хорошо, что эти миллионы не знают, что сейчас мы воюем сами с собой, со своими близкими и родными.

Читайте также:

Письма из оккупированного Донбасса. Мой личный семидесятый год Победы
1/ 2
Oleh